Этот день в истории русской авиации: петля Нестерова

Поднявшись на аэроплане на высоту 1000 метров, остановив мотор, лётчик начал планировать почти вертикально вниз. На высоте 600–800 метров он включил мотор, выровнял рулём высоты аэроплан, поставил его носом вверх, повернул на спину и, опять перейдя в вертикальное положение носом вниз, замкнул таким образом кривую в вертикальной плоскости, выключил мотор и нормальным планирующим спуском приземлился на стартовой площадке военного аэродрома.

Весь поворот в вертикальной плоскости был проведён без перегибов, плавной кривой в течение 6-8 секунд. В качестве летательного аппарата Нестеров выбрал французский аэроплан типа «Ньюпор-IV» с мотором мощностью 70 л. с. Машина была собрана на заводе «Дукс» в Москве. Пётр Нестеров провёл лишь 10 часов полётов на этом самолёте, прежде чем пойти на смертельный риск.

В 1914 году в военной газете «Русский инвалид» Пётр Нестеров рассказал о своей подготовке к выполнению сложнейшего и опасного по тем временам манёвра. Чтобы не искажать слова лётчика, приводим здесь полную цитату из газеты.

«Мысль о полётах вниз головой у меня возникла уже давно. Меня всегда смущало и ставило в тупик, почему птица не боится никаких положений в воздухе, свободно наклоняется, кувыркается, опрокидывается, а аэроплан, эта искусственная птица, старается, наоборот, всё время сохранить одно и то же положение.

В то же время я видел, что авиаторы совершенно не стараются воспользоваться центробежной силой. У меня не было серьёзной теоретической подготовки для выполнения траектории мёртвой петли. Но я этим не смутился и решил с теми познаниями механики и высшей математики, которые я приобрёл в Михайловском артиллерийском училище, рассчитать тот наименьший радиус мёртвой петли, при котором отталкивающая вверх центробежная сила сумеет уравновесить силу тяжести самого аппарата и находящегося в нём лётчика.

Расчёт этот осложнялся благодаря целому ряду сложных теоретических выкладок. Для упрощения этого расчёта я сделал целый ряд упрощений, и притом в невыгодную для меня сторону. После продолжительных расчётов я нашёл, что мёртвую петлю вполне безопасно можно описать по кругу радиусом в 25-30 метров.

Первый опыт меня вывел из уравновешенного состояния. Всё время я жил и мыслил только одной своей мёртвой петлёй. Но я ещё не решился описать её в воздухе. В это время я узнал, что Пегу сделал в воздухе S. Со дня на день можно было ожидать, что он опишет и мёртвую петлю. Я понял, что если мне сейчас не удастся осуществить этой петли, все мои работы, мои труды окажутся потерянными даром. Я решил, во что бы то ни стало осуществить своё желание. Не скрою, что перед этим полётом я до того волновался, что даже осенил себя крестным знамением.

Наконец, я сел в аппарат, поднялся, достиг высоты около 1000 м и ринулся вниз. Я не испытывал никакого ощущения при этой петле. В эти несколько секунд, во время которых я описывал петлю, я был всё время занят исключительно управлением аппарата и стремился сохранять необходимую высоту, чтобы в случае неудачного исхода моей попытки оказаться в состоянии выправить аппарат и благополучно опуститься вниз.

Когда я очутился вниз головой, центробежная сила была настолько велика, что она прижала меня к сиденью. Находящиеся в моих карманах часы, анероид, не выпали из карманов. Я забыл закрыть ящики с инструментами, но, несмотря на это, все инструменты, помещавшиеся в незакрытых ящиках, так и остались на своих местах.

Эта мёртвая петля описана мною 27 августа 1913 года. После этого мне не было разрешено описывать петлёй».

В Минобороны России отметили, что петля Нестерова нашла своё место как в воздушной акробатике, так и в различных школах воздушного боя. В мировой авиации «мёртвая петля», неразрывно связанная с именем талантливого русского лётчика, утвердила за Россией пальму первенства в её первом выполнении. Сейчас этот элемент высшего пилотажа является неотъемлемой частью демонстрационных полётов как российских, так и зарубежных пилотажных групп.